Õpetajate Leht

Учительская газета, 18 мая 2018

18. mai 2018 - Учительская газета, 18 мая 2018 kommenteerimine on välja lülitatud

О ВОЗМОЖНОСТИ СОСЕДСТВА ПОД ОДНОЙ КРЫШЕЙ ЯЗЫКОВ «АБОРИГЕНОВ» И «ПОНАЕХАВШИХ»

Доктор наук и лектор Нарвского колледжа Тартуского университета Юлле Сяэлик утверждает на страницах «Учительской газеты», что будущее, скорее всего, не за моноязычными и -культурными школами. Автор статьи-мнения своими глазами видела, как в зарубежных общеобразовательных учреждениях сосуществование различных культур и языков воспринимается не как потенциальная угроза, а как обогащающая ценность и развивающая возможность.

Местные самоуправления находятся в затруднительном положении – количество учащихся сокращается, а содержание больших и роскошных школьных зданий становится всё накладнее. Чем меньше школьников, тем меньше поступлений в виде подушного налога.

Проблему пытаются решить при помощи слияния школ. А что, если до сих пор в одних школах языком обучения был эстонский, а в других – русский? На протяжении десятилетий в эстонских школах использовали только один язык обучения. А если обучать детей на двух языках, да так, чтобы каждый ребёнок мог обращаться к учителям на своём родном?

Школьную систему, строго придерживающуюся принципа моноязычия, можно назвать сегрегационной, т.е. разделяющей или обособляющей. По мнению поборников национализма, это единственная возможность защитить свой язык и культуру. Неужели школьникам и вправду невозможно учиться в одном здании на нескольких языках? К решениям, содействующим объединению, в Эстонии почему-то относятся отрицательно.

Есть страны, в которых ради защиты собственного языка иммигрантов очень быстро заставляют вливаться в общество именно с помощью монополии языка обучения. Например, дети прибывающих в Финляндию переселенцев к концу первого года пребывания в стране овладевают финским на уровне А2, идя потом учиться дальше в школы с финским языком обучения.

Латвия тоже взяла курс на полный перевод школ на латышский язык обучения, однако тревожные нотки доносятся как из самой Латвии, так и из соседствующей с ней России, причём в обеих странах подобное решение считают дискриминационным. По утверждению протестующих, доступность общего образования на родном языке является элементарным правом любого человека. В Финляндии всё не так, но из-за этого там не вспыхивают восстания и не организовываются антигосударственные акции.

В русскоязычных гимназиях по всей Эстонии обучение частично происходит на эстонском языке. Это стало компромиссным решением, до сих пор вызывающим напряжённость, поскольку выпускники таких школ демонстрируют при поступлении в вузы эстонский весьма сомнительного уровня. Быть может, настала пора найти какое-то иное решение?

Итальянский, немецкий, английский и ладинский – учить параллельно или по отдельности?

На севере Италии официально используют следующие языки: итальянский, немецкий и ладинский (не путать с латынью!). Школы в том регионе строго придерживаются принципа обучения на одном языке, два же других языка изучаются как иностранные. Английский, конечно же, учат тоже.

От этих учебных заведений отличается одна начальная школа в Брессаноне, в которой урок природоведения для всех детей провели на немецком вне зависимости от их родного языка. Следующий урок был уже на итальянском. В этой школе ребёнок может разговаривать на своём родном языке, однако учителя ведут уроки каждый на своём языке обучения.

Мне удалось побывать в школе, находящейся в том же регионе Италии, – в городе Больцано. Используемые в ней принципы работы помогли бы решить некоторые проблемы школ и в нашей стране. Независимо от происхождения учеников, их родного языка или предыдущего опыта учёбы в школе (читай: его отсутствия), все учащиеся в течение всего учебного года работают во имя одной замечательной идеи – подготовки к большому весеннему концертному представлению. Что, кажется странным? Мол, что это за учебная деятельность такая?

На самом деле, в этой школе в Больцано учатся очень даже много. В ней и помощь в учёбе оказывают, и языки изучают, а также дают всё необходимое для общей образованности. Основой функционирования этой школы является вера в то, что у каждого ребёнка есть какой-то потенциал и интерес к чему-то, причём не зависящие напрямую от его родного языка или академических способностей. В начале учебного года на занятиях по интересам дети могут попробовать себя в разных областях: в пении, танцах, акробатике, игре на музыкальных инструментах. Занятия могут проходить на итальянском, немецком или английском языке. Позднее ребёнок сам решит, чем ему в дальнейшем заниматься и какой вклад он внесёт в весеннюю постановку. Помимо разучивания песен-танцев-трюков дети сами шьют костюмы, рисуют плакаты, настраивают звук, выставляют свет и играют на музыкальных инструментах.

В больцаноской школе верят, что танцы, музыка и искусство воспринимаются всеми универсально, и потому прибывающие из горячих точек беженцы с травмированной психикой смогут познать чувство успеха – поначалу ведь можно обходиться и минимальным словарным запасом. Языковые навыки развиваются в ходе какой-то деятельности. Занятия по интересам стоят в расписании как обычные уроки. С одной стороны, подобная система позволяет занять в школе всех детей. В то же время результатом совместных усилий родителей, школы и всего региона становится весенний концерт. Энергия, энтузиазм и задор, которые источали хор и дети любого возраста с различным жизненным багажом, были потрясающими.

Немецкий и французский языки. Трансграничное сотрудничество

В немецком городе Фрайбург-им-Брайсгау, расположенном недалеко от границы с Францией, есть двуязычная школа. Помимо учебного направления учащиеся и их родители могут выбирать в ней желаемые предметы, интенсивность их изучения, а также язык обучения. Например, можно выбрать обычное и углублённое изучение математики, историю можно один год изучать на немецком, а в следующем – на французском языке и т.д. При этом действует правило, что язык обучения должен быть родным для преподавателя. Это исключает использование неправильных или упрощённых лингвистических конструкций. Школа очень популярна как во франко-, так и в немецкоязычных семьях, поскольку многие родители заинтересованы в том, чтобы их дети были многоязычны и успешны. Они верят в то, что это сделает их более пробивными.

Мне удалось побывать на уроке музыки, проводимом на французском языке. Дети из немецко- и франкоязычных семей занимались вместе. Общаясь друг с другом, один задавал вопросы на французском, другой отвечал на немецком, а потом наоборот. Учительница говорила преимущественно на французском языке, делая некоторые пояснения на немецком, но повторяя их потом и на французском. По словам педагога, для неё и её учеников лавирование между двумя языками вообще не проблема.

Быть может, и в Эстонии страх потерять свою идентичность и вымереть как народ должен смениться размышлениями о будущем детей и развитием у них ещё в школьные годы навыка выживать в многоязычной среде?

Эстонский, русский и английский языки. Что дальше?

В столичной Открытой школе, начавшей свою работу осенью 2017 года и ставшей очень популярной, дети учатся на эстонском, русском и английском языках. Следовательно, и в Эстонии можно в одной школе параллельно использовать несколько языков. Выяснилось, что различные виды языкового погружения оказывают благотворное влияние как на лингвистические способности детей, так и на их умение социализироваться с непохожими на них людьми. Также выяснилось, что пребывание среди непохожих на тебя людей может как раз таки усилить национальную идентичность.

Результаты исследования, проведённого в 2014-2015 гг., свидетельствуют о поддержке большинством русскоязычных жителей Эстонии и большей части эстонцев той точки зрения, что учащиеся, родным языком которых является русский или эстонский, могли бы учиться вместе в школах с эстонским языком обучения, в которых обучение на русском было бы одним из выбираемых направлений. Нам пора выбрать, продолжить ли заниматься самообороной и бояться вымирания, или начать совместное обучение и воспитание. Не исключено, что снизить градус напряжённости помогло бы и то, если учебная программа давала бы возможность выбирать в качестве языка обучения английский – язык более нейтральный, но в то же время очень нужный. Это расширило бы выбор языков обучения и повысило бы гибкость подхода.

Если принимать решения, касающиеся будущего, исходя из опыта прошлого или только обстоятельств настоящего времени, то я осмелюсь усомниться в успешности Эстонии. Бездумное копирование любых иностранных новшеств мне тоже не по душе, но пытаться выбраться из застоявшегося болота или подглядывать в щёлку забора за происходящим на «главной улице» всё-таки надо. Я своими глазами видела, что одновременно несколько языков под одной крышей – это реальность. Какое же решение было бы наилучшим для Эстонии? Хочется надеяться, что время покажет, а исследования и компетентные люди, принимающие решения, внесут ясность в этот вопрос.

Боюсь показаться слишком оптимистичной. Иногда так и подмывает спросить, в Эстонии хоть какие-либо перемены вообще можно осуществить мирным путём в ходе переговоров? Возможно ли найти решение, одинаково понятное и приемлемое для всех?

Понятно, что перемены приводят к тревожности и неуверенности в себе, но жизнь и обстоятельства – они и есть переменчивы, а сопутствующие им преобразования неизбежны. Быть может, настала пора сообща подумать над сутью перемен, а также попытаться их совместно спланировать и осуществить?

*****

В ВОЙНУ МЕЖДУ МАТЕМАТИКАМИ И INNOVE ВТЯГИВАЮТ МИНИСТРА ОБРАЗОВАНИЯ

Почти год назад возмутитель спокойствия Аллар Веэлмаа, преподающий математику в Лооской средней школе, пригрозил чиновникам из Innove и Минобра войной за их неспособность составить вменяемый тест по математике для 6-х классов и игнорирование предлагаемых специалистами поправок. Полтора месяца назад Веэлмаа писал также о прекращении фондом Innove сотрудничества с составителями электронных уровневых работ из OÜ Juku Lab. Ради выхода из тупиковой ситуации член правления Juku Lab Андрес Меллик и координатор рабочей группы Проомет Торга попросили на страницах «Учительской газеты» ответить на адресованные фонду Innove вопросы в том числе и министра образования Майлис Репс.

Вопросов чиновникам из целевого фонда Innove Аллар Веэлмаа задал 30 марта пять, однако 18 мая разработчики из OÜ Juku Lab решили переадресовать министру образования и науки лишь три основных:

  • Почему не прекращаются попытки составления уровневых работ по математике в электронном виде, если ныне существующее техническое решение для этого не подходит? Зачем заниматься разработкой системы, целесообразность которой сомнительна?
  • Кто персонально отвечает за трату средств и времени на развитие функционально и визуально устаревшей системы вместо создания новой и современной, которая была бы в помощь учителям математики и которая разрабатывалась бы с привлечением вэб-дизайнеров ради повышения удобства её использования? (Уточнение: речь идёт только о той части системы EIS, в которой выполняются электронные уровневые работы по математике).
  • Почему чиновникам целевого фонда Innove каждой весной позволяют проводить скрывающиеся под вывеской электронных уровневых работ фрустрирующие эксперименты над учениками и преподавателями математики?

Меллик и Торга напоминают читателям, что объявленный прошлым летом целевым фондом Innove конкурс на составление электронных уровневых работ по математике выиграло OÜ Juku Lab, в рабочую группу которой входило четыре действующих учителя по математике (одним из них был Аллар Веэлмаа – Ред.). За полгода группа разработала, а потом и представила фонду целостное решение, на основании которого можно было бы составить интегрируемые в систему EIS задания для уровневых работ первой и второй школьной ступеней. Согласно разработке вся работа была бы машиночитаемой, а уровни чётко различимы благодаря простой и логичной системе пунктов. К сожалению, отмечают Меллик и Торга, членам рабочей группы пришлось столкнуться с невежественностью, а также поверхностным и равнодушным отношением со стороны конкретных чиновников. По их мнению, целевой фонд Innove прекратил сотрудничество с OÜ Juku Lab под вымышленным предлогом, не заплатив математикам за проделанную работу.

Также авторы статьи пошагово критикуют опубликованные в «Учительской газете» 6 апреля поясняющие ответы руководителя агентства по оцениванию при целевом фонде Innove Маргуса Тыниссаара, данные неугомонному критику системы EIS и преподавателю математики Аллару Веэлмаа.

Во-первых, они так и не поняли, опираясь на какую теорию и практику была создана концепция электронных уровневых работ и чем э-уровневые работы отличаются от работ контрольных?

Во-вторых, Меллик и Торга не знают, гордиться им или печалиться, когда говоря об EIS, Маргус Тыниссаар утверждает, что в стране нет другой такой инфосистемы, которая имела бы аналогичные возможности и характеристики. По мнению разработчиков из OÜ Juku Lab, целевой фонд Innove потому и объявил конкурс по разработке новой электронной системы для выполнения электронных уровневых работ по математике, потому что старая среда EIS перестала быть удобной для пользователей.

«К сожалению, в течение полугода мы наблюдали скорее то, что вносить изменения в EIS было невероятно тяжело, – утверждают Андрес Меллик и Проомет Торга. – Нынешняя система злоупотребляет бесплатным ресурсом времени учителей и, очевидно, будет злоупотреблять и в дальнейшем».

*****

#УЧИТЬСЯНАДОВШКОЛЕ

Заведующая учебной частью Тартуской частной школы Марьета Венно призывает читателей «Учительской газеты» задуматься над вопиющей несправедливостью – почему при нашем депрессивном климате сонные школьники должны бодренько заниматься уже с 8 утра, в то время как их учителя вальяжно подтягивают свои задницы на тренинги к 10 часам и начинают повышать свою квалификацию с чашечки кофе?

На самом же деле Венно волнует не только вопрос явного неравноправия в школах Эстонии, но и неоправданно большого объёма домашних заданий – если на дом остаётся так много работы, то что же препятствует учёбе в школе?

Не желая поднимать волну, Марьета Венно смеет утверждать, что излишнее напряжение было уже изначально запрограммировано в школьную систему. А именно, организация учебного дня походит на ставшую старой и узкой шубу, в которую мы пытаемся впихнуть свои новые идеи и современные подходы. По её мнению, учебный процесс фрагментирован на не связанные между собой 45-минутные уроки и 10-минутные паузы между ними. Кроме того, учителям и/или ученикам приходится переходить из класса в класс, тратя на это уйму времени. Это препятствует возникновению между учащимися и учителями прочных и доверительных отношений, приводя к возникновению проблем с дисциплиной.

К сожалению, констатирует Марьета Венно, родители школьников два года подряд голосовали за начало первого урока в 8.15 утра. Научные же исследования свидетельствуют о том, что чем позже начинается учебный день, тем лучше школьники могут сконцентрироваться. В развитых странах подростки страдают от хронического недосыпа, что приводит к ухудшению когнитивных способностей, появлению раздражительности, сонливости и различных зависимостей, а также провоцирует тинейджеров на насилие.

Венно задаётся вопросом, почему ничего не меняется, даже когда мы знаем, что ранним утром не только тяжело учиться, но и аппетита-то никакого нет?

Эксперимент, проведённый в её школе, показал, что более позднее начало учебного дня сделало учащихся более самостоятельными. К тому же, вместо утренней суматохи семьи могут теперь насладиться более спокойным общением друг с другом. Учителя тоже высыпались и были более эффективными, приступая к работе не в 8, а в 9 утра.

Вместо 45-минутных уроков в Тартуской частной школе было решено проводить сдвоенные уроки по 80 минут. По мнению довольных нововведением учащихся и педагогов, это позволяет сделать большую часть работы в школе, автоматически уменьшив объём домашних заданий.

А ещё в частной школе было принято решение отдыхать во время перемен на улице. Продолжительность самой длинной перемены – 40 минут, в течение которых учащиеся могут спокойно поесть, получить информацию от преподавателей и провести необходимые встречи. Для восполнения энергии организуются также перекусы, во время которых школьникам предлагают овощи и фрукты.

Напоследок Марьета Венно предлагает инициировать всеэстонскую дискуссию на тему, как сделать так, чтобы уходя со школы, дети оставались здоровыми и довольными, смелыми и креативными, радостными и активными.

 


Comments are closed.