OPL MANG

Учительская газета, 5 мая 2017

5. mai 2017 - Учительская газета, 5 мая 2017 kommenteerimine on välja lülitatud

Глава Минобра: за хорошими учителями охотятся не только директора школ

«Нужно понять, что не только школы конкурируют между собой за хороших преподавателей – на них охотятся и другие работодатели и у них есть выбор, преподавать ли физику или работать инженером на международном предприятии, – заявила в интервью «Учительской газете» министр образования и науки Майлис Репс. – Какие ценности мы предлагаем как работодатели – это ключевой вопрос для каждой школы, ответ на который нужно наполнить содержанием ей же самой».

Можно ли утверждать, что исследование удовлетворённости учащихся школьной жизнью опровергло миф о наших якобы несчастных учениках, и что как у школ и родителей, так и у Министерства образования есть повод быть довольными?

Да, можно, однако это не означает, будто у нас нет проблем или пространства для развития. Министерству нельзя быть довольным, поскольку в системе образования брести означает стоять на месте, особенно в ситуации, когда за мировым развитием не угнаться. Лишь бег помогает поспевать за будущим.

На степень удовлетворённости мы и сами обращаем внимание – министерство проводит соответствующие исследования. В марте завершился начатый в мае прошлого года опрос почти 20 000 учащихся общеобразовательных школ, их родителей и учителей. Мы хотели узнать, что они думают о школе, учёбе и отношениях между собой? Также нам нужна информация по поводу школьного насилия, дигитальных решений и многих других факторов, касающихся учёбы и жизни в школе. Всем этим мы занимаемся ради выявления недостатков и проблем. Да, наши проблемы являются проблемами государства-лидера в сфере образования, однако это накладывает на нас гораздо большую ответственность при их решении.

Довольны ли жизнью в школе ваши дети? Они иногда жалуются тоже?

Как и у многих детей, у моих тоже много других интересов помимо школы. Им нравится заниматься спортом, они учатся играть на музыкальных инструментах, иной раз им нравится просто побыть наедине со своими мыслями дома или во дворе. Источником напряжения для них в общем-то является выполнение домашних заданий. В то же время им нравится посещать школу, поскольку в ней обращают повышенное внимание на создание правильной атмосферы и дружеских связей, что наряду с учёбой крайне важно.

Что в наибольшей степени влияет на удовлетворённость школьника своей жизнью?

Счастливы дети, которых как дома, так и в школе, не говоря уже о детсаде, окружают заботливые взрослые. Очень много зависит от семьи. Обращаем ли мы на ребёнка достаточно внимания, правильно ли оказываем ему поддержку? Влияние оказывают даже самые простые вещи. Например, то, получает ли ребёнок хотя бы раз в день горячую пищу, интересуются ли родители иногда, как у него дела.

О влиянии школы на удовлетворённость учащимися своей жизнью можно говорить, исходя из принятых в учебном заведении правил поведения. Школа должна продумать, во имя чего или кого она функционирует. Дети несомненно гораздо довольнее, когда продуман механизм сотрудничества с семьями и учителями. К этому можно также добавить учёт интересов детей и подростков. У них много хороших и важных мыслей!

Согласно исследованию в Эстонии уровень тревожности учащихся перед проверочными работами один из самых низких. Если же послушать родителей, то их дети – особенно те, кто учатся в элитных школах, – готовятся к контрольным до середины ночи. Можно ведь предположить, что выучив всё, у них нет страха перед написанием работ. Видите ли вы здесь проблему?

Одно дело истории, о которых мы узнаём и которые даже могут иметь под собой основание, другое же дело – это вся картина в целом. Наши школы очень самостоятельны при организации учебного процесса и, к сожалению, до сих пор ещё имеются такие, в которых первоклашкам ставят негативные числовые оценки или перебарщивают с количеством контрольных работ и домашних заданий. Однако результаты исследования дают основание полагать, что эта проблема решается и предоставленная школам свобода себя оправдывает.

Вы считаете самыми важными инвестиции в какие из сфер деятельности Минобра, которые ожидаются в течение следующих четырёх лет согласно бюджетной стратегии государства?

Без шуток – все направления очень важны, и небывалый рост, о котором удалось договориться – это более чем 450 миллионов евро на четыре года – является результатом труда всего кабинета министров. В необходимости науки и образования не сомневается никто.

Тем не менее, на протяжении лет проблемой оставались очень низкие зарплаты детсадовских педагогов. Проблему усугубляет тот факт, что диапазон зарплат составлял от 470 до тысячи евро. Это неразумно и неперспективно, и того же мнения придерживается правительство. При помощи дополнительных средств нам удастся уменьшить разницу между зарплатами. Мы подсчитали, что в течение следующих трёх лет в более чем половине местных самоуправлений зарплаты детсадовских педагогов увеличатся примерно наполовину. Также можно будет инвестировать средства в увеличение доступности опорных услуг в дошкольных учреждениях.

Второе направление как раз и касается опорных услуг. Этой темой мы занялись, так сказать, по всем фронтам. Во-первых, мы хотим лучше прежнего оказывать поддержку ученикам, у которых выявляются специальные образовательные потребности. Нынешняя система распределения учеников с особенностями развития не гарантирует каждому из них необходимую поддержку. При финансировании обучения необходимо также исходить именно из индивидуальных потребностей каждого ученика. В течение следующих четырёх лет государство выделит местным самоуправлениям на трудоустройство опорных специалистов порядка 24 миллионов евро, что и станет частью оказания поддержки школьникам. Это позволило бы взять на работу приблизительно на 150 специалистов больше, чем сейчас.

Наибольшая сумма выделена на увеличение средней зарплаты школьных учителей. Означает ли это рост заработной платы до требуемого Союзом работников образования уровня – 120 процентов от средней зарплаты по стране? Насколько это поможет привлечь к работе в школах молодых специалистов или специалистов из других областей, чтобы возникла конкуренция и появилась возможность выбора?

Здесь речь идёт всё же о стратегии пожизненного обучения, а не о цели Союза работников образования (EHL). EHL требует установить заработную плату в размере 120% от средней по стране в качестве минимальной оплаты труда педагогов.

Размер заработной платы – несомненно важная составляющая при выборе профессии. Наряду с этим есть и другие аспекты, оказывающие влияние на выбор. Например, это условия труда: среда и возможность работать с подходящей нагрузкой, коллеги, руководство, поддержка начинающих учителей, а также карьерные возможности в более широком смысле слова. Не стоит забывать и о жилищных условиях – тут свою лепту могут внести органы местного самоуправления. Нужно понять, что не только школы конкурируют между собой за хороших преподавателей – на них охотятся и другие работодатели и у них есть выбор, преподавать ли физику или работать инженером на международном предприятии. Какие ценности мы предлагаем как работодатели – это ключевой вопрос для каждой школы, ответ на который нужно наполнить содержанием ей же самой.

Цель правящей коалиции – увеличить зарплаты учителей до 120% от средней по стране. В свете прогнозируемого роста средней заработной платы сегодняшние решения этого ещё не гарантируют, однако в течение следующих двух лет произойдёт существенный рост зарплат педагогов. Мы не отказались от своей цели и будем добиваться её и впредь.

О невозможности физического развития без примеров для подражания

Директор Куртнаской школы Кристьян Саар недоумевает на страницах «Учительской газеты», о каком переименовании физкультуры в «учение о движении» по скандинавскому образцу в Эстонии может вестись речь, когда в результате аналогичной реформы в Финляндии избыточный вес имеет уже 58% мужчин и 43% женщин. Также по результатам прошлогодних олимпийских игр родина Санта Клауса завоевала лишь одну бронзовую медаль, в то время как 20 лет назад она первенствовала почти во всех видах спорта.

«Моё детство пришлось на восьмидесятые: вечерами мы лупили по мячу между высотками, при нападении каждый мнил себя Марадоной, а прыгая зимой на минилыжах с крыши подвала – Матти Нюкяненом, – вспоминает Саар. – Убеждён, что без спортсменов высшего класса – кумиров детей и подростков – пропадёт какой-либо интерес к азартным спортивным занятиям, следствием чего станет слабое здоровье нации».

Также Саар сетует на то, что в начале 2000-х Эстония по примеру Скандинавии начала перестраивать свою систему спорта, избавившись от финансируемых со стороны государства тренеров, позакрывав спортивные школы и расплодив множество клубов, которые зарегистрированы как недоходные объединения и возглавляются не профессионалами, а добровольцами-любителями.

Минусом нынешней школьной программы по физкультуре и будущей программе по учению о движении Кристьян Саар считает их ориентированность исключительно на поддержание саморазвития ученика – его внутреннюю мотивацию. Когда его сыну было четыре года, и он пытался научить его в бассейне правильно плавать, дальше приятного плескания в воде дело не зашло – мальчик просто радовался пребыванию в воде, даже не думая учиться находиться на её поверхности. С мёртвой точки дело сдвинулось только в детском саду, когда произошло слияние внутренней мотивации с внешней – сын начал сравнивать себя с другими ребятами и в результате научился сносно плавать всего за три занятия.

«Так почему же в школьных программах не берутся в расчёт внешние мотиваторы, если они эффективны даже в детских садах? – не понимает Саар, добавляя при этом, что границей развития, базирующегося исключительно на внутренней мотивации, является только личный интерес.

Посещая финские школы, Саар с сожалением констатирует, что очень многие дети имеют избыточный вес. По словам же директора одной из голландских школ, с которым автор мнения имел честь познакомиться, в его учебном заведении есть только одна немного полная школьница. Когда Саар спросил, что держит детей в столь прекрасной физической форме, директор с гордостью ответил, что физические тесты в начальных классах и повторное тестирование через каждые два года.

«Почему при изменении программы нам не задаться целью создать, внедрить, а потом и начать использовать систему тестирования здоровья? – задаётся вопросом директор Куртнаской школы и поясняет, что тогда ученик сравнивал бы себя не столько с одноклассниками, сколько со средними показателями по Эстонии. – Тестироваться могли бы броски мяча, плавание, бег на выносливость, бег на скорость, прыжки в длину с места, гибкость, гребля на тренажёре с эргометром и т.д.».

Кроме того, уверен Кристьян Саар, сильнейшей мотивацией для занятий спортом является овладение правильной техникой того или иного вида спорта. «Каких взрослых людей вы чаще видите на лыжне – просто ходящих на лыжах как в поход или владеющих отменным снаряжением и фигурной техникой катания спортсменов?», – риторически спрашивает автор.

Хвала школам-паинькам!

Сайты и стены школ украшают почётные грамоты и знаки отличия. Символы признания – это проявление пижонства или скорее лакмусовая бумага и знак качества?

Редактор «Учительской газеты» Сирье Пярисмаа пишет о том, что стену актового зала Конгутаской школы уже 17 лет украшает «Торжественный ковёр», сплетённый Кристи Кютть, ученицей знаменитой эстонской художницы по текстилю Ану Рауд. Каждой осенью первоклашкам рассказывают, что этот подарок был преподнесён школе тогдашним президентом страны Леннартом Мери за присвоение той титула самого прекрасного учебного заведения в Эстонии. Из уст в уста годами передаётся также легенда о том, как славящийся своей непунктуальностью президент, спешивший на очередную встречу, припозднился с визитом в Конгутаскую школу, быстро передал подарок детям и умчался, проигнорировав все подготовленные ими выступления.

Традиция присвоения титула «Самая красивая школа Эстонии» была прервана в 2008 году из-за прекращения государственного финансирования. В те годы за лучшие ученические проекты в сфере охраны природы и благоустройства пришкольных территории было принято вручать солидную денежную премию и дарить ковёр ручной работы.

«Признание на государственном уровне является лакмусовой бумагой для владельца школы, чтобы он знал – она наполнена содержанием на достойном уровне, – считает директор Конгутаской школы Лийна Тамм. – Когда же школу замечают, а работу коллектива достойно оценивают, то это и является ориентиром и знаком качества».

По словам Тамм, иногда приходит неожиданное сообщение о том, что школа стала лауреатом какого-то конкурса. К примеру, Целевой фонд образовательных технологий (HITSA) ежегодно премирует дигитально активные школы.

«HITSA поступает очень мудро, отмечая школы на трёх уровнях, – полагает Лийна Тамм. – При награждении кто-то всегда остается без приза и начинает завидовать, однако на этот раз радость испытывали все. Бронзовый призёр понимал, что у него есть ещё пространство для развития и получения серебра. Получить же сразу золотую медаль невозможно – сначала выполняешь определённые требования и только потом продвигаешься на шаг вперёд».

Глядя на «витрину тщеславия» своей школы, то есть выставленные в медиаклассе всевозможные грамоты и кубки, Тамм делит все призы на две категории. Ради получения одних школа сама должна оформлять заявки, другие же являются приятной неожиданностью.

«Эстонцы чересчур скромны и, как правило, сами не выставляют свои кандидатуры на конкурс – за них это делает кто-то другой, – поясняет Тамм. – Написание же заявки требует владения пером, и если директор в эпистолярном жанре не слишком силён, то хороший учитель признания не дождётся. Нам всем нравится похвала, однако не стоит завидовать, когда подчас нам не хватает одобрения. Я и детей приучаю не завидовать, а подумать, что они сами не доделали».

По словам директора Пюхаярвеской школы Мийи Палласте, объём проделываемой в школах работы не сопоставим с публичным признанием их достижений, которые не всегда замечаются.

«Хорошо, конечно, когда школа привлечена к какой-то деятельности, это замечают и признают, – считает Паллас. – Если кто-то находит, что мы что-то хорошо сделали, это окрыляет, однако иногда столько сил тратится на написание проекта, но за этим ничего не следует».

По мнению Мерике Касте, директора тартуской гимназии им. Кристьяна Яака Петерсона, признание помогает каждой школе найти свою нишу. «Для присвоения титулов и получения знаков отличия в основном приходится самим заниматься анализом и составлением заявок, что в порядке вещей, – констатирует она. – Нужно просто собраться и сделать это».

Пыльтсамааская общая гимназия получила от Целевого фонда образовательных технологий (HITSA) золотой диск и титул дигитально активной школы. Витрина призов учебного заведения уже давно заставлена, а по словам его директора Аймара Арула, ученики весьма неравнодушны к знакам отличия.

«Иногда же признание имеет обратную сторону – когда в школе выходит из строя какой-то компьютер, то дети осознают, что школа, конечно, чудесная, однако техника не работает», – иронизирует глава одного из самых в инфотехнологическом смысле продвинутых учебных заведений Эстонии.

По словам главы коммуникационного отдела Эстонского союза ученических представительств Керта Каська, к выбору школы нужно относиться критично. «К примеру, титул «свободная от насилия школа» может не соответствовать на 100% действительности, – полагает он. – Призы и признание являются хорошими ориентирами во время учёбы и при планировании карьеры, однако при этом не должно возникать лагерей, когда «хорошим» школам достаются титулы, а «плохие» остаются в тени».

Отношение к грамотам директора тартуской школы Раатузе Тоомаса Кинка оказалось резче всего. «И всё-таки это проявление некоего тщеславия – называю их почётным картонным баблом имени Яана Татика, – язвит он. – Похвала – вещь замечательная, однако самовосхваление попахивает плесенью. Для некоторых важно быть каждой бочке затычкой. На большинство конкурсов можно самому отправить заявку, отметив свои сильные стороны, однако нельзя же президенту самого себя представлять к наградам!».


Comments are closed.