Archimedes

Учительская газета, 5 октября 2018

5. okt. 2018 - Учительская газета, 5 октября 2018 kommenteerimine on välja lülitatud

ПЕДАГОГИКА ИЛИ ПОПСА, ПРЕПОДАВАТЬ ИЛИ НРАВИТЬСЯ?

Из обнародованных на прошлой неделе нововведений, произошедших в eKool, преподаватель Таллиннской 21-й школы Расмус Китс отметил в «Учительской газете» появившуюся у школьников возможность оценивать работу учителей при помощи лайков. По мнению педагога, следствием подобного «новаторства» непременно станут эмоциональные реакции, пожимание плеч, возникновение противоречивых мнений и вопросов.

Учителя останутся без лайков

В условиях нынешнего многообразия мнений и оценочных суждений педагогам приходится не только сохранять достоинство и соответствовать общественному мнению, но и иметь в своей копилке выдающиеся профессиональные достижения. Ещё они должны быть в курсе того, какие цифровые технологии применяются в современной системе образования.

Таким образом, помимо всего прочего на плечах учителей лежит ещё и огромная моральная ответственность. Я убеждён, что большинство педагогов согласится со мной в том, что одной из её составляющих является как оценивание ими своими учеников, так и получение обратной связи с их стороны. Не для того только, чтобы выяснить, чему школьники научились и чего достигли, но и ради того, чтобы те и сами поняли, оправдались ли их ожидания и нужно ли приложить ещё больше усилий.

Учёба как раз таки подразумевает приложение больших усилий. Если учащимся будет предоставлена возможность давать обратную связь в отношении содержания или формы обучения, то очевидно, что они будут не довольны сопутствующему процессу учёбы напряжению – грызть гранит науки тяжело и неприятно. Другими словами, лайков учителям будет не видать.

Как же так получилось, что команда разработчиков eKool захотела вдруг поставить всё с ног на голову, т.е. сделать так, чтобы ученики начали давать оценку учителям, как те справились с преподаванием? Причём вопрос даже не в том, справились они или нет, а в том, нравится учащимся педагог или нет. Разве подобная постановка вопроса, продиктованная философией потребительского поведения, к лицу школьникам и преподавателям? Разве смена ролей между ними разумна? Разве она делает труд учителя более эффективным и мотивирует школьников учиться лучше?

Учителям тоже нужно признание

Лучшее признание моего труда – это когда невыспавшиеся и потому сонные ученики приходят ранним утром на мой уроки, несмотря на усталость, усердно трудятся, а потом уходят от меня в приподнятом расположении духа: пообщаться с одноклассниками удалось, задания выполнены, объяснения учителя выслушены.

Неужели я и вправду должен начать выслуживаться перед школьниками, пытаясь им понравиться, с тем чтобы быть хорошим учителем? Может возникнуть ситуация, когда во имя того, чтобы кому-то понравиться, учитель реорганизует свою работу таким образом, чтобы лайков было максимально много. Будучи учителем, я не работаю ради того, чтобы нравиться школьникам. Такое признание мне не нужно!

В некоем смысле учителя оказались в вынужденном положении. Если в личной жизни человек может выбирать, хочет ли он, к примеру, позволять другим оценивать себя в социальных СМИ, то eKool является официальной средой, которой учителя обязаны пользоваться. Другими словами, у педагога не спрашивают, заинтересован он в оценках со стороны или нет – его просто будут лайкать-дизлайкать и он должен с этим смириться.

Непонятно, зачем приступают к сбору подобных данных? Целью могло бы быть повышение эффективности работы учителя и получение качественной обратной связи. А каким будет качество подобного сбора данных?

Разве ученик, который начнёт оценивать работу учителя при помощи лайков, сумеет остаться объективным? Сумеет ли он дать оценку тому, что у него спрашивают, или он поддастся сиюминутным эмоциям? Я не уверен, что ученик, который даст действиям учителя положительную оценку, сделает это ожидаемым от него образом. Может возникнуть ситуация, при которой лайк будет не поставлен по причине того, что его друг получил за контрольную двойку. Почему так случилось, для ученика совсем не важно – двойка она и есть двойка, это плохо, и потому никаких лайков учителю.

Ученику могут также не понравиться туфли преподавателя или цвет его волос. Если школьник будет оценивать данное учителем задание, то что же он в конечном итоге оценит? То, что он не смог его выполнить, потому что не был готов к уроку, или смысл задания так и остался ему непонятен? Или же третий вариант – ученик не понял учителя, потому что тот плохо преподавал?

Есть ещё та опасность, что ученик просто не удосужится оценить учителя или причины неоценивания будут никак не связаны с реальной ситуацией. Педагог себе этого позволить не сможет. Оценивать придётся всех учеников без исключения. Нельзя будет только рисовать пятёрки тем, кто до них не дотягивает.

Разве предложенная система обратной связи гарантирует то, что ученик останется объективным, что он увидит всю картину в целом, сконцентрируется на сути, не поддастся чужому влиянию или сиюминутному настроению? Можно ли быть уверенным в том, что поставленный лайк будет отражать личную оценку ученика, а не мнение его одноклассника или родителя?

Обратная связь мотивирует учителей

Когда начнётся подсчёт лайков, это можно будет превратить в хороший рабочий инструмент. Для руководства школ откроется возможность выразить признание учителям, понравившимся ученикам. Размер оплаты труда педагогов можно было бы тоже привязать к количеству лайков – хорошо работающие и нравящиеся школьникам преподаватели являются ценными кадрами, которых следует финансово поощрять. Стоит ли учителям прилагать усилия во имя того, чтобы стать популярными, или же они должны сосредоточиться на учебной работе и её качестве?

Должно быть, все читатели уже поняли всю абсурдность вышеописанных вариантов. К чему нам тогда подобным образом собранные данные, если с этой статистикой не сделать ничего путного?

К сожалению, нам всем следует признать, что появление подобной опции в eKool будет оказывать влияние на тысячи учителей и десятки тысяч учеников. Её влияние не стоит недооценивать. У поспешно принятых решений могут быть тяжело предсказуемые или даже совсем непредсказуемые последствия.

*****

ПОГОВОРИ СО МНОЙ НА ГОСУДАРСТВЕННОМ

Журналист «Учительской газеты» Райво Юурак пишет об инициированном учащимися Таллиннского линнамяэского русского лицея языковом проекте „Räägi minuga“ («Поговори со мной»), целью которого является налаживание общения на государственном языке как между русской и эстонской молодёжью, так и между людьми постарше.

Принцип прост – в мобильном приложении регистрируются как те, кто хочет попрактиковаться в эстонском, так и те, кто готовы стать их эстоноязычными собеседниками. После этого каждый сможет увидеть на экране мобильного телефона, где находятся ближайшие желающие пообщаться, с которыми и налаживается контакт. Авторы идеи надеются, что обе стороны встретятся потом где-нибудь по-настоящему, а не ограничатся общением по телефону.

Мысль инициировать подобную языковую программу пришла ученикам Линнамяэского русского лицея в голову нынешней весной на медиауроке Натальи Китам. Потребность в общении на эстонском языке оказалась настолько большой, что по состоянию на данный момент в мобильном приложении зарегистрировались уже более восьмисот человек, среди которых есть ученики и преподаватели, а также родители и сотрудники различных учреждений.

В полном объёме языковая программа пока не доступна, поскольку схожая с Taxify интернет-платформа multikey.app будет запущена только в середине октября. Пока же отличное представление о программе можно получить в группе социальной сети Facebook по адресу https://www.facebook.com/groups/raagiminuga/. Сейчас там представлены учреждения, работники которых готовы с удовольствием поговорить с русскоязычными молодыми и взрослыми людьми на эстонском языке, при необходимости даже в более медленном темпе и с более чёткой дикцией. В списке готовых к сотрудничеству учреждений отрадно видеть театр «Эстония», музей на открытом воздухе Рокка-аль-Маре, Таллиннскую центральную библиотеку, Раквереский театр и пр.

У языковой программы имеется своя система стимулирования. Время от времени между новыми её пользователями разыгрываются билеты на спектакли и мероприятия в тех учреждениях, в которых люди с удовольствием пообщаются с русскоязычными людьми на эстонском языке. Первые билеты были разыграны на балет «Екатерина Первая» в национальной опере «Эстония». Четырём ученикам Линнамяэского русского лицея посчастливилось попасть перед поднятием занавеса за кулисы, где им на ясном эстонском языке рассказали о концепции и истории постановки. Затем удача улыбнулась трём следующим лицеистам, которым удалось отметить Михайлов день в музее Рокка-аль-Маре. Двое победителей следующего розыгрыша отправятся в Причудье на празднование Дня русского лука и рыбы.

В Таллинне можно прожить и без знания эстонского языка

«У нас было очень мало возможностей поговорить с кем-то на эстонском языке вне школьных уроков», – признались на встрече со мной двенадцатиклассники Линнамяэского русского лицея, с которыми я встретился на уроке эстонского языка (преподаватель Наталия Самойлова) на прошлой неделе. Школьники подчеркнули, что программа «Поговори со мной» была запущена именно для того, чтобы учащиеся русских школ смогли больше пообщаться на государственном языке. Это и стало главной темой нашей следующей беседы.

Кто жил или живёт в Ласнамяэ, тот знает, что кричащей необходимости в эстонском языке там нет. Новости о происходящем в Эстонии можно узнать из русских газет, по Радио 4, ЭТВ+ и т.д. В большинстве магазинов стоят кассы самообслуживания, и говорить там с кем-либо нет никакой необходимости. В кафе официантка обслуживает русскоязычную молодёжь на русском же языке. Общение на улице происходит на русском или английском языке. Если возникнет необходимость в понимании какого-нибудь важного документа на государственном языке, то на помощь приходит Google Translate.

Гимназисты Линнамяэского русского лицея отметили, что, тем не менее, они хотят свободно изъясняться на эстонском языке. Им по душе, что языковая программа „Räägi minuga“ («Поговори со мной») делает акцент на магазинах, кафе, спортивных клубах и прочих учреждениях, в которых с клиентами при желании общаются на внятном эстонском языке, поскольку быстро произносимые слова на эстонском кажутся им иногда одним длинным предложением. Ребята отметили, что в находящемся в центре столицы кафе «Муху», очевидно, было бы возможно поговорить на эстонском. Они рады тому, что совсем скоро в самом лицее тоже откроется языковое кафе, в котором учащиеся, преподаватели и гости смогут пообщаться друг с другом на эстонском языке. Эта новость вызвала в классе небольшие аплодисменты.

Перспективным было сочтено также налаживание связей с эстонскими школами. Двенадцатиклассники Линнамяэского русского лицея уже сотрудничали со своими сверстниками из Гимназии Густава Адольфа и средней школы Хяэдемеэсте. Уже имеется договорённость о предстоящем сотрудничестве с Лиллекюлаской гимназией и повторной встрече с учениками средней школы Хяэдемеэсте. У активистов языковой программы «Поговори со мной» имеется длинный список эстонских школ, с которыми они с удовольствием посотрудничали бы, однако они пока не знают, как это сделать так, чтобы это принесло радость и пользу обеим сторонам.

Будущие выпускники Линнамяэского русского лицея отметили также, что «Поговори со мной» совершенно точно не будет программой для одной только молодёжи. Многие взрослые люди также хотят улучшить своё знание государственного языка. Русскоязычные школьники были бы готовы шлифовать свой эстонский вместе с эстонскими пенсионерами? Эта перспектива показалась ребятам несколько неожиданной. Девушки в ней, вроде бы, не сомневались. Изначально потенциальными собеседниками на эстонском языке авторы программы «Поговори со мной» считали находящихся в декретном отпуске мам. Предполагалось, что помимо общения на эстонском языке русскоязычные девушки могли бы поучиться у них тому, как быть хорошей няней.

По предположению двенадцатиклассников, приложение «Поговори со мной» могло бы заинтересовать в том числе и эстонскую молодёжь – например, тех, кто хочет улучшить своё знание русского языка. Русский язык в качестве второго иностранного языка изучают во многих эстонских школах, однако в большинстве случаев лишь на уроках, без живого общения. Было отмечено, что кадеты Академии внутренней безопасности также заинтересованы в хорошем знании русского языка, поскольку русский является их вторым рабочим языком.

Другими словами, при наличии желания общаться запрячь в языковую повозку можно было бы как молодых мам, так и пенсионеров, родным языком которых является русский. Разумеется, что было бы совсем замечательно, если эстонские и русские ребята познакомились друг с другом лично и помогли друг другу изучать языки.

Моё общение с лицеистами на уроке эстонского языка происходило, конечно же, на изучаемом ими языке. Я заметил, что большинство учеников смело воспользовались возможностью поговорить со мной на государственном языке. Это пробудило во мне веру в то, что программа «Поговори со мной» может оказаться весьма успешной. Когда я спросил, где мы могли бы сфотографироваться, то гимназисты ответили, что на фоне карты Эстонии. Так мы и сделали.

*****

УЧИТЕЛЯ ПРЕДПОЧИТАЮТ КОМБИНИРОВАНИЮ ПРЕДМЕТОВ РАБОТУ В РАЗНЫХ ШКОЛАХ

Несмотря на то, что законодательство, изменившееся понимание обучения, а также произошедшие в школьной сети перемены способствуют комбинированию между собой учебных предметов, журналист Прийт Пярнапуу отмечает в «Учительской газете», что педагоги по-прежнему предпочитают этой возможности скорее работу в разных школьных звеньях и даже в разных школах.

Школы в Эстонии, как правило, небольшие, и для набора полной ставки учителям приходится комбинировать предметы, а также работу в разных школьных ступенях и школах. К примеру, если преподавателю математики в гимназической ступени будет не хватать уроков, то он может добрать нагрузку в другой гимназии. Ещё он может преподавать математику в основной и начальной школе или даже обучать учащихся какой-нибудь другой дисциплине. Разумеется, что вышеназванные варианты можно, в свою очередь, также комбинировать между собой.

Передо мной лежат полученные из инфосистемы образования Эстонии (EHIS) неперсонифицированные данные по состоянию на ноябрь 2017 года относительно всех учителей, работающих в стационарных общеобразовательных школах Эстонии. Количество педагогов в базе данных – 14 626. Данные дают представление о том, как преподаватели комбинируют между собой предметы, школьные ступени и учебные заведения.

Законодательство, общая философия образования и развитие школьной сети из всех возможных вариантов выделяют комбинирование между собой разных предметов. Меня же заинтересовало то, в какой степени учителя (школы) воспользовались – и воспользовались ли вообще? – возможностью комбинировать не школьные ступени или учебные заведения, а именно предметы.

Обстоятельства способствуют комбинированию школьных предметов

В сентябре 2013 года постановление министра образования и науки под названием «Квалификационные требования директоров, завучей, учителей и спецпедагогов», с одной стороны, ужесточило, а с другой стороны, смягчило квалификационные требования, предъявляемые к работникам общеобразовательных учебных учреждений. Вместо наличия высшего образования теперь стали требовать наличие степени магистра. В то же время от учителей перестали требовать наличия образования именно по преподаваемой дисциплине или дисциплинам.

Теперь новый учитель соответствует квалификационным требованиям, если у него есть степень магистра и получена квалификация педагога. Квалификацию можно получить в университете или в Союзе учителей Эстонии. Более не существует квалификации учителя математики, истории или музыки – одна и та же квалификация педагога касается всех преподавателей без исключения.

«Нынешние правовые акты позволяют историку с квалификацией педагога давать уроки математики, а на основании срочного договора учителем может работать практически каждый», – пояснил возглавляющий Педагогиум ТУ профессор Маргус Педасте возможность комбинировать между собой различные предметы принятием соответствующего постановления пять лет тому назад.

В философском смысле стало модным говорить о переплетении между собой предметов, а также о первичности учебных навыков над знанием фактов. «Ученику следует понять, что атом по химии и атом по физике – это одно и то же, и что тему атома можно успешно связать с историей, географией, обществоведением, а также искусствоведением и технологией», – пояснил профессор Педасте, что означает замена предметного обучения проблемным, свойственная изменившемуся пониманию обучения.

Произошедшие в школьной сети перемены также способствуют комбинированию между собой именно учебных дисциплин. Школ становится всё меньше, т.е. расстояние между ними становится всё больше. Чем больше дистанция между ними, тем тяжелее работать одновременно в нескольких школах. К примеру, гимназическая ступень ссыхается настолько, что единственная гимназия остаётся лишь в уездном центре. Таким образом, работа в нескольких гимназиях предполагает перемещение между различными уездами.

Школьная сеть меняется также из-за открытия государственных гимназий. Государство несёт ответственность за наличие у школьников среднего образования. На основании административного договора и только в крупнейших городах Эстонии среднее образование можно получить также в принадлежащей какому-либо самоуправлению школе – таково краткое представление о будущем образования согласно актуальной повестке дня Минобрнауки.

Сейчас можно одновременно работать в гимназии и основной ступени в пределах одной школы и у одного работодателя. В будущем, а частично уже и сейчас, подобное комбинирование означало бы работу сразу на несколько учебных заведений и работодателей: одним была бы принадлежащая местному самоуправлению основная школа, а вторым – государственная гимназия.

На самом деле комбинируются школьные ступени

Если говорить о третьей школьной ступени и гимназии, то в глаза бросается желание учителей комбинировать скорее ступени, нежели учебные предметы. Особенно остро это происходит именно в гимназической ступени.

Например, год назад в гимназиях работали 440 преподавателей математики, 285 из которых обучали школьников этой дисциплине и в третьей ступени. Зато физику из них гимназистам преподавали только 12 учителей, остальные же предметы и того меньше.

В гимназической ступени работает 241 преподаватель истории и 170 учителей обществоведения, 134 из которых преподают сразу обе дисциплины. Подобная же картина наблюдалась бы и среди учителей эстонского языка и литературы, однако в исходных данных оба этих предмета были объединены в один.

Исходя из здравого смысла, можно было бы предположить, что и химию с физикой чаще всего преподают одни и те же учителя, но, к сожалению, это не так. В гимназической ступени среди 201 преподавателя физики и 178 учителей химии только 18 человек преподают сразу оба предмета. Зато в третьей школьной ступени 130 из них преподавали физику, а 139 – химию.

Случаев совмещения работы сразу в нескольких школах очень мало – лишь 6% педагогов трудится одновременно в нескольких учебных заведениях. Чаще обычного ими являются только те учителя, которые преподают исключительно в гимназической ступени, причём каждый четвёртый из них работает, в свою очередь, ещё в какой-нибудь школе. При комбинировании различных учебных заведений комбинируются скорее различные, нежели одинаковые школьные ступени.

Если работающий исключительно в гимназической ступени учитель трудится ещё где-нибудь, то, вероятнее всего, это будет работа в одной из ступеней основной школы, нежели работа в гимназии или в гимназической ступени одной из средних школ.

Почти 75% учителей начальной школы и гимназий преподают ещё в какой-либо школьной ступени: учителя гимназической ступени преподавали также в третьей школьной ступени, а учителя начальных классов – во второй и третьей. 75% педагогов работали только в гимназической ступени.

Профессионализм в своей области по-прежнему в чести

Историк со степенью магистра и квалификацией педагога может преподавать, например, математику. С точки зрения философии образования, а также развития школьной сети, комбинация в одном лице историка и математика является очень ценной. На самом же деле подобных специалистов очень мало. Почему?

«Работодатель обязан оценить как соответствие работника квалификационным требованиям, так и его готовность работать на соответствующей должности», – исключила ведущий эксперт отдела общего образования Минобрнауки Айви Юргенсон возможность резкой смены историком своей стези на преподавание математики.

Точный порядок организации открытого конкурса на вакантную должность учителя устанавливает попечительский совет школы по предложению её директора. По словам Юргенсон, конкурс можно считать провалившимся даже при наличии кандидата, соответствующего квалификационным требованиям. Директор может заключить срочный договор на один год с кандидатом, который компетентен в своей области, не имея при этом степени магистра или квалификации учителя. По утверждению Айви Юргенсон, определяющим является способность учителя обеспечивать выполнение прописанных в учебной программе целей и достигать результатов обучения.

«Ответственность за компетентность преподавателя в той или иной области лежит, прежде всего, на плечах берущего учителя на работу руководителя школы, который, в свою очередь, подотчётен владельцу учебного заведения», – исключил в т.ч. и профессор Маргус Педасте возможность массового приёма школами на работу непрофессиональных преподавателей.

*****

УЧИТЕЛЬ – ЭТО ДИАГНОЗ, ИЛИ КАК НАЧИНАЮЩЕМУ ПЕДАГОГУ СОХРАНИТЬ СЕБЯ И УДЕРЖАТЬСЯ В ШКОЛЕ?

По мнению Ренаты Катилиене, преподающей литовский язык в Основной школе им. Миколаса Карки, первый год работы является для молодого учителя грандиозной битвой со своими былыми представлениями о профессии педагога, в результате которой ему придётся смириться с неизбежным осознанием того, что у него отсутствует опыт преподавания.

Почему в Литве немалое количество начинающих учителей в итоге бросают свою работу? Да потому, что они уже на старте сталкиваются с неожиданными препятствиями и вызовами, с которыми не очень-то и справляются, пишет Рената Катилиене на страницах «Учительской газеты». По её мнению, не сойти с дистанции новичкам помогла бы вовремя оказанная им помощь со стороны ментора, куратора или даже руководства школы.

Саму Ренату в первый год её работы в школе поддерживала коллега, не позволявшая реветь и сдаваться, напоминавшая ей постоянно о необходимости саморазвития, а также о предъявлении завышенных требований сначала к себе и лишь потом к ученикам.

Тяжелее всего Ренате было смириться с тем, что с самого начала в школе всё стало происходить не так, как она себе представляла или как было во время прохождения ею практики. Будучи практиканткой в одной из вильнюсских прогимназий, она наивно полагала, что работать с семиклассниками и восьмиклассниками очень легко – давай только задания, ученики же будут их решать и просить «добавки». Реальность же оказалась совсем другой. «Первый год работы является для молодого учителя грандиозной битвой со своими былыми представлениями о профессии педагога», – уверена она теперь.

По её утверждению, начинающего учителя удивляет и то, насколько все ученики разные. Разное всё: происхождение, социальные навыки, характеры, поведение, способности, методы и темп изучения, а также мотивация или её отсутствие. «Я же одна и должна научиться находить индивидуальный подход к каждому, выслушивать их, разговаривать с ними, пояснять, повторять, закреплять, оценивать, поощрять, немного даже гневаться, дисциплинировать, демонстрировать – продолжать можно до бесконечности, – перечисляет Рената. – Вскоре выясняется, что делать это всё ты не в состоянии, и приходится просто смириться с суровой реальностью, что ты изначально не можешь быть совершенным учителем».

Рената Катилиене отмечает, что риск перегореть становится максимальным из-за стремления начинающего учителя помочь всем в одинаковой степени. «Если ты видишь, что твоих усилий и доброй воли не достаточно для поддержания в классе дисциплины, а в учениках интереса к учёбе, то наличие сильного ментора крайне важно, – уверена она. – Более опытные коллеги и руководство школы ни в коем случае не должны считать, что приближение начинающего учителя к критической черте является нормой».

Рената убедилась и в том, что новички не должны зацикливаться на своём желании сделать учеников умнее, а также не принимать близко к сердцу неизбежные провалы: «Молодые учителя должны делать то, на что они способны, и требовать от них большего нельзя». Не помешает также наличие плана Б и неспешное продвижение вперёд, посоветовал ей когда-то ментор, предложив также набираться опыта и создавать вокруг себя благоприятную рабочую обстановку.

Сбить с толку новичков могут также бесконечные конфликты в школе, стрессовые ситуации, подростковые выходки, столкновения с учениками или даже коллегами. Учащиеся могут не слушаться и не слушать, оскорблять учителей и нарушать правила. Перед первой встречей с учениками набившая в своё время шишки Рената советует начинающим учителям подумать над тем, в каких отношениях со школьниками они хотят быть и при помощи каких шагов этого можно было бы достигнуть.

«При этом важно сохранять дистанцию, быть советчиком и учителем, но не другом, – полагает Рената. – В противном случае проблемы с дисциплиной гарантированы если не сразу, то через какое-то время совершенно точно».

А ещё начинающий учитель может получить шок от осознания того, что у него нет свободных вечеров, выходных и даже праздников. «Представление о том, будто рабочий день опытного педагога заканчивается в обеденное время, развеялось уже к концу моего первого годы работы, поскольку нагрузка стала только увеличиваться, – вспоминает Рената. – Подготовка к урокам, исправление работ, дополнительные обязательства в школе, участие в проектах и рабочих группах, неформальное обучение, объединения, тренинги, мероприятия, репетиции, планирование, информирование учеников и родителей, заполнение документации, подготовка к урокам, встречи, экскурсии, походы и поездки, олимпиады и соревнования, поиск выхода в неожиданных ситуациях… Уже в первые месяцы работы я поняла, что гораздо спокойнее давать уроки по утрам, нежели быть классной руководительницей во второй половине дня».

Теперь Рената с определённостью может сказать, что профессия учителя подходит тем, кто молод духом. Это не рутинна работа от звонка до звонка, а скорее страсть, требующая напряжённых усилий, наличия воли и беззаветной преданности. В профессии остаются те, кто верят в себя и в возможность что-либо изменить, не боясь при этом реформ в сфере образования, непредсказуемого поведения подростков и неприятных бесед с родителями учеников.

«Иногда я слышу, как начинающие учителя сетуют на то, что даже после выплаты премии они не могут путешествовать, ходить на тренинги и выставки, и потому им тяжело поддерживать интерес учеников к своей персоне, – констатирует Рената Катилиене. – Бывает и так, что обычный семиклассник повидал уже больше, чем его учитель, который половину своей жизни положил на работу с подростками и потому не может предложить им ничего кроме академических знаний».

На самом же деле, иронизирует Рената Катилиене, профессия учителя – это диагноз, а педагоги – в хорошем смысле больные люди, которые по доброй воле пришли в школу воспитывать чужих детей.

Перевёл Жан Прокошин


Comments are closed.