Õpetajate Leht

Учительская газета, 8 июня 2018

8. juuni 2018 - Учительская газета, 8 июня 2018 kommenteerimine on välja lülitatud

КУДА ПРОПАДАЮТ УЧИТЕЛЯ?

В конце учебного года газеты пестрят вакансиями – школам требуются учителя почти по всем предметам, больше же всего опорные специалисты. Куда исчезают педагоги? Журналист «Учительской газеты» Тийна Ваппер спросила у одной учительницы, что для неё в современной школе тяжелее всего. Та ответила, что непрекращающееся желание что-либо поменять.

Давно ли это было, когда обсуждалась возможность допускать орфографические ошибки на экзамене по родному языку или ненужность домашних заданий? Теперь предлагают отменить выпускные экзамены в основной школе и сократить время учёбы в школе до одиннадцати лет. О бесчисленных предложениях и идеях даже речи нет – чего только не стоило бы преподавать вместо преподаваемого ныне?!

По словам учительницы, утомительно быть обдуваемой постоянными ветрами перемен, особенно когда целесообразность и КПД большинства предложений кажутся весьма сомнительными. А ещё мою собеседницу беспокоит всё то, о чём в своей замечательной статье «Школа, заставляющая задуматься» 1 июня в газете „Sirp“ написала Лийза Мурел. Ситуация, при которой в современной школе учителя стали обслуживающим персоналом для учеников, очень даже знакома некоторым педагогам, согласным с Мурел. Третьим источником проблем является горячо обсуждаемая тема вовлекающего образования (т.е. совместного обучения обычных ребят и учеников с особенностями развития – Ред.). То, что в большом классе соседствуют дети столь разного уровня, неимоверно увеличивает нагрузку на преподавателей, а также степень их ответственности. Помощников же учителей не хватает.

На международной конференции под названием «Дети с особенностями развития – обычная школа или спецшкола», прошедшей 4 июня в Салуской школе, были перечислены проблемы, не решаемые годами: отсутствие логопедов и спецпедагогов, растянувшиеся на месяцы вперёд очереди к психиатрам и в консультационные комиссии, бесконечное заполнение документации и составление отчётов, а также процветающая бюрократия. Неторопливый ход конференции прервал глава Союза ученических самоуправлений Маркус Эхасоо. Он подчеркнул, что бессмысленно говорить о том, почему ничего невозможно сделать, а нужно немедленно что-то предпринять.

По словам Эхасоо, школа является особенным местом, в котором сталкиваются интересы максимального количества групп: учителей, руководителей, попечительского совета, местного самоуправления, родителей, общины и ученического самоуправления. Центром этой системы являются, конечно же, ученики, которые все вместе представляют собой огромную силу, с которой приходится считаться. Важно не надеяться на других, а самим искать и находить решения. Если бездействует директор, пускай инициативу берёт в свои руки учитель. Если учитель амёба, то засучить рукава должен ученик, а при необходимости и вся община. Сейчас же возникает такое ощущение, будто школьная семья предпочитает ни во что не вмешиваться, не принимать участие в дискуссиях, не писать, не выражать мнение – её голос едва слышен. Но тогда может случиться так, что решения будут принимать те, кто ни разу не стоял перед классом и не знает, что на самом деле происходит в школе.

******

О (НЕ)НУЖНОСТИ ВЫПУСКНЫХ ЭКЗАМЕНОВ В ДЕВЯТЫХ КЛАССАХ

Министр образования и науки Майлис Репс, предложившая в феврале отменить домашние задания, уже в мае захотела упразднить выпускные экзамены в основной школе. Журналист «Учительской газеты» Райво Юурак уверен, что учителя со спортивным характером будут против этой инициативы, потому как экзамены выявляют лучших и менее способных учеников. Для педагогов эта информация важна. А для учеников?

Лучших из лучших время от времени и вправду полезно определять – здорово ведь наблюдать, как школьники делают что-то с азартом.

При предметоцентричном обучении подчёркивается, что при подготовке к экзамену у ученика возникает более системное представление о пройденном курсе. Взаимосвязи становятся чётче, и возникает целостная картина. Это может подтвердить любой, кто сдавал или принимал экзамены. Есть ещё выражение: «Экзамен – это возможность улучшить оценку!». Это вроде бы говорит в пользу проведения экзаменов.

С другой стороны, сразу думается о вовлекающем (инклюзивном) образовании. В классах учатся дети настолько разного уровня, что заставлять их соревноваться между собой, а потом на основании результатов составлять рейтинги – это с педагогической точки зрения совершенно неэффективно.

Сейчас принято говорить, что ученик должен в первую очередь соревноваться с самим собой. Если сравнить учёбу с компьютерной игрой, то каждый школьник должен в процессе учёбы переходить на всё более высокий уровень. Он должен стараться достигнуть сегодня более высокого уровня, чем вчера, а завтра забраться ещё выше, чем сегодня. Учебный процесс эффективнее всего, когда каждый школьник развивается в своём темпе. У каждого должен быть также экзамен, соответствующий его уровню. Как же этого добиться?

Не является ли решением проблемы проведение уровневых работ? В таком случае изменилось бы только то, что их писали бы все ученики в классе, а не произвольно выбранные. При написании уровневой работы каждый ученик получал бы свои пункты, а при написании следующей – ещё больше пунктов. Учитель видел бы его развитие. Уровневые работы можно проводить несколько раз в году. К примеру, в Голландии первую уровневую работу ученики пишут уже в конце первой четверти, и педагог уже в начальной стадии знает, кто отстаёт и какая помощь ему нужна. Железным правилом должно, конечно же, стать знание результатов работ только учителем. Ученикам же будет достаточно быть в курсе того, что они должны изучать дальше. Соревнования между учащимися излишни, пусть каждый занимается повышением именно своего уровня.

По сути, госэкзамены в гимназических классах являются теми же самыми уровневыми работами, результаты которых выражены в виде пунктов. Госэкзамены по иностранному языку – это международные уровневые работы. Возникает вопрос: не должны ли госэкзамены в виде уровневых работ проходить несколько раз в год или, по крайней мере, трижды во время учёбы в гимназии, чтобы помимо выявления уровня повышалась также мотивация к учёбе?

******

МИНИСТР ОБРАЗОВАНИЯ ПРИЗВАЛА УЧИТЕЛЕЙ НЕ ЖМОТИТЬСЯ

Специалист по связям с общественностью MTÜ Tagasi Kooli (НКО «Назад в школу») Келли Сейтон пишет в «Учительской газете» о призыве министра образования и науки Майлис Репс к большему сотрудничеству между учителями, а также о необходимости превалирования практических работ над теоретическими заданиями.

1 июня НКО «Назад в школу» организовало последний в этом учебном году виртуальный урок с участием приглашённого гостя Майлис Репс. Интернет-трансляция выступления министра в YouTube Live была посвящена теме инноваций в сфере образования, и если обычно целевой аудиторией подобных прямых эфиров были ученики, то на этот раз глава Минобразования обратилась именно к учителям.

Репс подчеркнула, что вводимые в школах новшества не должны быть самоцелью. По её мнению, важнее всего выгода от одного или другого нововведения как для учащихся, так и для педагогов. Даже использование в учебной работе дигитальных средств должно повышать эффективность преподавания, а не быть вещью в себе. «Дигитальные новшества появятся в школе так и так и если они расширят арсенал возможностей, то их стоит взять на вооружение», – считает министр.

Отличительной чертой школ в Эстонии является их автономность, которая должна сохраниться, считает Майлис Репс. Автономность позволяет школам отличаться друг от друга, а также апробировать новшества. В учебной программе должно оставаться больше пространства для практических занятий, подчеркнула министр. Пожеланием директоров школ было через каждые три года оставлять последний семестр на выполнение практических заданий. Для этого необходимо уменьшить объём учебной программы, отметила министр, но пока отсутствует понимание того, как это сделать. Одним из решений проблемы могло бы стать увеличение количества ученических фирм, однако уже сейчас наблюдается дефицит наставников будущих предпринимателей.

Образцом новаторства являются приглашённые на уроки гости, считает Репс. Таким образом известные предприниматели, артисты и др. вдохновляли бы учеников, а их опыт стал бы ассоциироваться с конкретными предметами.

Министр призвала учителей больше сотрудничать друг с другом. Она отметила, что хоть нам и кажется, будто учителя в Эстонии открыты и делятся своим опытом с коллегами, рапорт ОЭСР рекомендует им смелее делиться своими наработками. «Странно, но мы довольно-таки замкнуты, ротации нет и в гости друг другу мы не ходим», – констатировала министр.

В заключение своего выступления Майлис Репс призвала педагогов чаще экспериментировать. По её мнению, занятия в музеях и на улице делают учеников более смелыми и открытыми, а учителям не стоит бояться делиться своими наработками и апробировать новые методы обучения.

******

ТИП ТЕМПЕРАМЕНТА – ЭТО САМАЯ НАСТОЯЩАЯ ОСОБАЯ ПОТРЕБНОСТЬ

Поскольку корни нашей педагогической практики растут из сталинско-лысенковского отношения к природе, при котором человек объявлялся её властителем, то и не удивительно, что природу по инерции насилуют до сих пор. Возмутитель педагогического спокойствия Тойво Нийберг пишет это в «Учительской газете» к тому, что игнорирование типа темперамента в детстве будет иметь серьёзные последствия во взрослой жизни.

По мнению психолога-консультанта и коуча Тойво Нийберга, данный самой природой тип темперамента не перебить ничем: ни силой, ни политикой, ни педагогикой, ни кнутом, ни пряником, ни популизмом. Перешибить его невозможно и в последнее время такими постоянно путаемыми между собой биологическими процессами, как воспитание и развитие человека. Нийберг пишет, что воспитание является понятием количественным, в то время как развитие – понятие качественное.

«Процесс роста и воспитания можно измерить и взвесить физически, а для определения степени развития человека единых критериев не существует, причём оно всегда может остановиться или обратиться вспять», – пишет он.

Большинство людей, по мнению психолога, являются сангвиниками (60-70%), 5-10% меланхолики, а все остальные – холерики или флегматики. По этой причине в мире происходит бесконечное «сангвинистическое притеснение», жертвами которого становятся представители трёх других типов темперамента, имеющих право на равное обращение.

Следовательно, полагает Нийберг, на роль учителя лучше всего подходят именно жизнерадостные сангвиники. Если педагогом случайно станет меланхолик, то он сам сбежит со школы или ему понадобится помощь психиатра. У флегматика дело даже не дойдёт до педагогического процесса, ибо он подсознательно спасает себя от других, а значит, и других от себя. Холерика же прогонят из современной школы ученики, родители или ученики вместе с родителями за то, что тот кого-то из них унизил, подколол или просто на него/них наорал.

Тойво Нийберг безумно рад тому, что сейчас снова заговорили о (не)целесообразности сдачи экзаменов в школе. Сам он их успешно сдавал сотни раз, поскольку закончил пять вузов. С высоты своего опыта он выражает сочувствие всем своим бывшим одноклассникам и однокурсникам, когда-либо провалившимся на экзаменах, потому что теперь понимает – причиной их неудач во многом был конфликт различных типов темпераментов в стрессовой ситуации.

Меланхолик начинает волноваться уже за несколько месяцев до экзамена. На устных экзаменах он вообще не рискует заговорить, на письменных его ручка тоже не шевелится. На что там ещё надеяться, если ещё и преподаватель покажется ему неприятным? При заполнении тестов он сомневается по каждому пункту. Особо опасными рифами для него являются пограничные ответы.

Холерик должен попасть в экзаменационное помещение одним из первых, потому что волнение других за дверью настолько действует ему на нервы, что он забывает всё ранее выученное. На экзамене он склонен спорить с преподавателями, отвечать не по теме, может даже без особого повода выйти из класса или вовсе не явиться на экзамен. Заполняя тесты – особенно тесты с выборками ответов –, он зачастую подчёркивает неправильные ответы вместо правильных, причём не из-за незнания, а в результате спешки.

Флегматику требуется почти половина дополнительного времени, чтобы перенести свои мысли на бумагу. По этой причине из трёх экзаменационных билетов он успевает качественно подготовиться к ответу хорошо если на два из них. Если же флегматик заполняет тест, то последовательно переходит от задания к заданию, причём не приступит к следующему, пока не добьёт предыдущее. Подчас длинные тесты становятся для него камнем преткновения.

Сангвиник выйдет с успехом из любой ситуации. Всегда! Кстати, он единственный, кто подготовил приличные шпаргалки, понятные только ему. Ему достаточно лишь полоснуть взглядом шпору, чтобы в подробностях вспомнить весь пункт. В то же время он всегда успевает смотреть в глаза учителям, отвечать на их вопросы и оставлять о себе хорошее впечатление. Да у педагогов оно и без того неплохое.

Подытоживая свою статью, Тойво Нийберг подчёркивает, что любой учебный процесс должен увенчаться умением применять приобретённые знания на практике. Он убеждён в том, что при оценивании знаний важнее всего индивидуальный подход и соответствие принципу «способен воплотить усвоенное в жизнь». К тому же, отмечает Нийберг, по прошествии 25 лет человек забывает всё, чему его учили, если он не будет это повторять, закреплять и применять на практике.

 


Comments are closed.