Ябеды – это зеркальные отражения своих родителей

18. jaan. 2019 - Ябеды – это зеркальные отражения своих родителей kommenteerimine on välja lülitatud

Психолог-консультант Тойво Нийберг доходчиво объясняет, почему среди наделённых властью недоверчивых параноиков так много вчерашних нытиков, доносчиков и манипуляторов с низкой самооценкой и никакой личной жизнью.

Возникновение ценностей

По понятным причинам, детский сад и школа могут формировать навыки социализации в течение чётко установленного времени. Этот период заканчивается после того, как учащийся покидает школу или становится совершеннолетним. Несмотря на то, что процесс социализации продолжается всю жизнь, акцептируемые обществом модели поведения вырабатываются и фиксируются в детском и подростковом возрасте.

Как правило, поведенческие отклонения у нормального ребёнка появляются тогда, когда члены его семьи презирают социальные нормы и потому не считают нужным требовать от него умения себя вести. Если в какой-то момент товарищами подростка становятся одни лишь антисоциальные сверстники, то ему неимоверно тяжело следовать общепринятым нормам поведения.

Существует четыре способа формирования и фиксации ценностей в ходе процесса социализации, который начинается в раннем детстве и продолжается в подростковом возрасте.

  1. Ребёнок усваивает ценности с помощью пояснений. Ребёнок примет определённые ценности только тогда, когда ему будут постоянно объяснять, что такое хорошо и что такое плохо, а также какие последствия бывают у того или иного поведения. Поступая так, ребёнок прощупывает границы дозволенного.
  2. Ребёнок усваивает ценности, подражая взрослым. В силу своего возраста и особенностей развития дети не способны ставить под сомнение поведение авторитетной для него личности. По этой причине они безоговорочно доверяют каждому слову и поступку важных для них людей. С раннего детства главными примерами для подражания для всех людей являются их родители. Дети копируют как их положительные, так и отрицательные модели поведения.
  3. Ценности внушаются ребёнку в том числе через ожидания в его адрес. Например, если родители или учителя относятся к детям как приличным людям, то они и ведут себя предсказуемо корректно. Когда подростки ведут себя неприлично, то зачастую взрослые не замечают очевидного – всё время ожидая от них наихудшего, те, в свою очередь, и ведут себя отвратительно в соответствии с ожиданиями взрослых людей.
  4. Сильнее всего ценности укореняются с приобретением собственного опыта, поскольку человек сам проходит через что-то и формирует модель собственного поведения через призму пережитого. Опыт формирует социальные установки, которые управляют поведением людей в социуме.

Если поведение родителей не соответствует общепринятым нормам, то маленький ребёнок ещё не понимает этого. В раннем детстве у него нет постоянного контакта с другими агентами социализации, которые ставили бы под сомнение правильность поступков его родителей. По этой причине, например, грубость и аморальность родителей, домашние попойки и неестественные отношения между членами семьи оказывают нежелательное влияние на формирование личности ребёнка.

Дом и семья – это первое соприкосновение ребёнка с социумом. От него будут ожидать воспроизведения доминирующих в них ценностных установок и моделей поведения. Если общество будет видеть в них изъян, то это скажется на результате правовой социализации ребёнка.

Как из змейки вырастает удав?

Так почему же ребёнок может стать по отношению к другим людям мстительным существом, анонимным доносчиком, интриганом, другими словами, стать во взрослом возрасте тем, встречи с кем большинство людей будет избегать? Откуда берутся люди, которых раздражает чужое благополучие, успешность, достижения, счастье и т.д.?

Фиксирующегося на негативе школьника непросто распознать среди других. Со временем ему становится ещё труднее адаптироваться к происходящему. Основным его качеством становится чрезвычайная устойчивость сильных негативных эмоций и даже аффективных состояний. Однажды он может разозлиться на кого-то и не суметь выплеснуть свой гнев, наказав, оскорбив или просто пожаловавшись на него. Этот аффект может зафиксироваться на месяцы и даже годы. Ребёнок станет злопамятным и мстительным. Он может объявить о том, что не будет разговаривать с обидчиком до конца жизни, совершенно не блефуя при этом.

Комплекс неполноценности формируется у него уже с раннего детства под влиянием то и дело повторяющихся унижений. Фиксирующемуся на негативе ребёнку свойственно повторно переживать былую обиду и многократно усиливать её воздействие. Таким образом он становится болезненно обидчивым. Свой комплекс неполноценности он компенсирует честолюбием, претенциозностью и мелочной защитой своих прав. Честолюбие заставляет представителей такого типа личности реализовываться в тех областях, в которых возможен рост авторитета и социального статуса.

Воображаемого успеха ему не достаточно – это свойственно нарциссичным людям. Он должен добиться настоящего уважения со стороны других, что возможно только в реальной жизни. По этой причине он работоспособен, иногда даже слишком работоспособен.

Многие успешные люди являются представителями фиксирующегося типа личности. В случае успеха негативные эмоции более или менее компенсируются. Этому способствует повторное переживание и демонстрация успеха. Если успех не компенсирует раздутое честолюбие, то на передний план выходят сильнейшие негативные эмоции, которым будет свойственна устойчивость. Поскольку человек не умеет переживать успех в своём воображении, а состояние аффекта продолжает его мучить, то у него возникает представление, будто причиной его неуспеха стала чья-то зависть или злонамеренность. Параноик может придумать логически правильное и системное представление о том, будто его преследуют, не дают подняться по служебной лестнице, пишут на него анонимные доносы и т.д.

Ещё в детстве он привык жаловаться на других, словно его собственные слова являются истиной в последней инстанции, а он сам – невинная жертва и пострадавшая сторона. На самом деле все его выходки – это творческие спектакли, сутью которых является попытка задействовать параноидальный механизм собственной защиты. Ябеда непопулярен ни в группе детского сада, ни в школьном классе. Его все дразнят, к тому же, его не уважают ни воспитатели, ни учителя. В то же время, плохие педагоги часто ведутся на это, поскольку некоторым просто нравится, когда в группе или классе орудует КГБ.

Признаться себе в том, что фиксирующийся аффект является его же собственной ошибкой, ябеда не в состоянии. Ему ничего другого и не остаётся, как находить логичное и системное обоснование того, почему он страдает от этого чувства. Так вот и появляется искажённое восприятие реальности, на основании которого ребёнок начинает незыблемо верить в то, что причина его плохого настроения кроется в недоброжелателях, инакомыслящих и их словах.

По этой причине совершенно естественной кажется причина враждебности ябеды по отношению к таким людям. Его не переубедят никакие факты, потому как созданная им же самим логичная система отвергнет их как совершенно неподходящие. Зато параноик с лёгкостью примет теорию, которая оправдывает зло и насилие одних людей по отношению к другим (расизм, шовинизм, гомофобия, нацизм, классовая борьба и пр.).

Разрушительный тип личности

Когда я был учителем и классным руководителем, то никогда не позволял школьникам жаловаться на других. Обращение к преподавателю со своей большой бедой – это нечто совсем другое, и я думаю, что каждый педагог делает разницу между реальными проблемами и жалобами на других. С ябедами я беседовал с глазу на глаз, не обвиняя их ни в чём и вместе анализируя сложившуюся ситуацию. Важно доказать, что в любом конфликте есть две стороны.

Будучи учителем, я сам тоже ни на кого не жаловался. Я договаривался с родителями, что в случае возникновения проблемы ребёнок должен сам рассказать им об этом. Обратной связи от родителей я ожидал в течение трёх дней. Если её не поступало, я сам оповещал их о наличии проблемы.

При ребёнке я выражал надежду на то, что он справится и без меня, добавляя при этом, что вмешательство с моей стороны огорчит меня очень. Я подчёркивал, что что бы хорошего или плохого ребёнок не сделал, всё вернётся ему сторицей. Ошибаются все.

Хорошо, когда ребёнок признаёт собственные ошибки, умеет прощать и заглаживать вину. Зная, что домашние ему ничем не помогут, я обращался за помощью ко всему классу и просил ребят войти в положение одноклассника и помочь ему. Я пытался найти время на то, чтобы обсудить ситуацию со всеми участниками конфликта, оставаясь при этом максимально беспристрастным и пытаясь склонить чашу весов в пользу торжества справедливости, правильных ценностных установок и взаимного примирения.

Наибольшей проблемой всегда было налаживание сотрудничества с родителями ябеды. Говорят, что ребёнок – это зеркальное отражение своей семьи. Это правило работает железобетонно. Поскольку сами родители тоже являются представителями фиксирующегося типа личности, то от них можно ожидать чего угодно и очень редко когда хорошего. При мне они могли улыбаться, а за спиной организовывать моральное покушение без выбора средств. Зачастую их козням не могли противостоять даже самые опытные директора и педагоги. Родители могут придраться к малейшей ошибке, увеличить её значимость в десятки раз и сделать её достоянием широкой общественности.

Для них важно доказать, что их дети ни в чём не виноваты. Ещё они могут усомниться в профпригодности педагога или психолога, однако кто из нас не без греха?

В случае с некоторыми молодыми и/или взрослыми людьми мы имеем дело с представителями деструктивного типа личности, которые постоянно пытаются устранить чьи-то недостатки, реорганизовать работу, раскритиковать действия других людей, разрушить действующую систему и построить новую, отомстить и т.д. Всё это делается без какой-либо критики со стороны и вообще понимания того, ради чего это было нужно. Как правило, деструктивные личности безвольны, легко поддаются чужому влиянию и хватаются за всё новое. Глобальные перемены или стресс могут сделать их ещё более критичными и подозрительными, т.е. параноиками. Наиболее распространёнными проявлениями деструктивного поведения являются потеря работы и развод с супругом(-ой), когда перемены в жизни сопровождаются какими-либо потерями.

Паранойя может развиться ещё и в результате неожиданного падения на плечи человека власти или богатства. Помимо утраты чувства реальности это может также привести к потере доверия к людям – те будто бы теперь только и думают о том, как его использовать в своих целях. Со временем подобный ход мыслей может привести к появлению паранойи.

К деструктивному поведению склонны люди, которым не удалось решить свои личные проблемы, которые зачастую беспомощны и страдают от комплекса неполноценности. Они пытаются разрушить всё старое, утверждая, что оно препятствует продвижению вперёд. Люди подобного склада появляются на арене в поворотные моменты истории, во время революций и борьбы за власть. Дай бог, чтобы они не встали у руля государства, однако именно это зачастую и происходит. Если подобного типа людям удаётся дорваться до власти, то они могут принести много зла.

Только в правовом государстве можно предотвратить их приход к власти. Как показывает история, крушению системы правопорядка во время переворотов сопутствует повышенный риск активизации параноидальных людей.